ЖУЛЬЕН, или люби меня по-французски.

анна+жюльен_

Неожиданная встреча в середине октября совершенно ничего не предвещала. Так, ничего особенного, старые приятели… И вдруг неожиданное сообщение… Ее телефон не изменился, а Он проездом в городе. И вот, как будто бы не было долгой разлуки. Расстояние сократилось за считанные секунды, и Анна Сергеевна внезапно оказалась слишком близко к Нему. Он был именно таким, каким она его всегда представляла. Даже больше того, она просто не могла представить, что Он будет именно таким.

Жульен родился в трудолюбивой семье среди гор. Его, мать, 18 летняя немка рано сбежала от родителей и вышла замуж за француза без благословения родни. Мальчик с рождения жил в атмосфере гор. И то, что для любого другого человека могло быть опасным, для него стало нормой еще в детстве. Он был поздним и трудным ребенком, безумно любимым родителями. Периодически его отправляли на перевоспитание в школу для трудных подростков в соседний город. Но лиха беда начало. Жульен становился еще крепче и умнее. В нем сочетались холодность гор и большое горячее сердце. Он знал горы, как свои пять пальцев, катался по черным трассам и занимался альпинизмом еще с детства.

Традиционно в маленьком горном городке можно было стать либо лыжным инструктором, либо экскурсоводом, или же открыть ресторанчик, что и сделали его родители. Еще будучи мальчишкой, Жульен помогал семейному делу и работал в гардеробе, наблюдая и посмеиваясь над посетителями. Несмотря на свой юный возраст и несерьезность должности, он очень серьезно относился к своей работе, особенно после того случая, когда в гардеробе исчезла шуба одной важной дамы. Куда она делась и была ли она изначально, так никто и не узнал, так как камер в гардеробе не было. Но приличному ресторану пришлось расплатиться за нее сполна. Таковы законы хороших ресторанов в горах.

Жизнь в закрытом маленьком горном городе имеет как свои преимущества, так и недостатки. С одной стороны, человек живет в небольшом предсказуемом мире, где все распланировано и просто. С другой стороны, выпадая из этого мира, утрачивает ощущение пространства и теряется от многообразия выбора.

Жульен рано покинул свой дом, но горы навсегда остались для него родными, и в какие-бы места не заводил его жизненный путь, он всегда возвращался в родные Альпы.

Молниеносное притяжение между Жульеном и Анной Сергеевной было подобно космической вспышке. В один миг Он стал Ей настолько близок, что она почувствовала каждый прожитый им день без нее, каждый месяц, каждый год, все его победы и потери, взлеты и падения. Все это знание пришло к ней на каком-то неведанном доселе уровне, и она поняла, что это именно Он.

А потом больше уже ничего не казалось случайным. Конец года был тяжелым и холодным, и Анна Сергеевна мечтала о море. В какой-то момент ей казалось, что до моря очень далеко, но неожиданно она опомнилась в объятиях Жульена в далекой Азии. Он встретил ее в аэропорту и больше не отпускал от себя все десять дней.

Никогда прежде Анна Сергеевна не слышала о Бирме. Индия была ее первой буддистской страной, куда она попала не просто так. И Бирма тоже не была случайностью. В жизни не бывает случайностей и совпадений. И, будучи немножко буддистской и немножко вегетарианкой, Анна Сергеевна верила, что у каждого есть свой путь и свое предназначение, свой звездный час и время заката.

Длинный перелет Киев-Амстердам-Бангкок дался Анне Сергеевне легко. Дело было в начале года и ей было чем заняться. Медитация, практики прощения и возрождения – вот чем она занималась в самолете. Анна мысленно подводила итоги уходящего года, анализировала, отпускала и освобождала свое ментальное тело. Впереди ее ждала потрясающая страна и Он, и ей хотелось прилететь абсолютно свободной и легкой.

Из Бангкока в Янгон Анна Сергеевна летела уже внутренними авиалиниями на маленьком самолете. Все успела, контроль прошла без проблем и приключений. И вот она в самом сердце Бирмы, Янгоне — Namaste. На контроле вопросов конечно же нет. Маленький аэропорт даже особо не разделен стенами, и еще в очереди на паспортный контроль Анна Сергеевна увидела Жульена. Они не виделись целые три месяца, и она почувствовала, как же сильно она за ним соскучилась. Пара шагов, и прежний мир перестает существовать для Анны Сергеевны. Она попадает не просто в объятия любимого, но в настоящую сказку. Она не чувствует землю под ногами, а Жульен крепко обнимает ее и держит ее руку в своей все две недели безумного счастья.

Таксист не говорит на английском, он в принципе вообще не говорит. Только жует жвачку. Жульен смеется и пытается завести с ним разговор. Но таксист упорно молчит и только улыбаться. Он не может говорить. Его рот забит чем-то темно-красно коричневым, что-то похожее на кашу. Периодически это что-то он выплевывает в окно. Это бетель. Его здесь жуют все. Женщины, мужчины. Это аюрведическое растение, которое освежает дыхание, а также имеет возбуждающее средство. Также особо продвинутые жуют «правильный» бетель, о чем понятно по красным глазам и несколько эйфорической реакции. Что входит в состав этой жвачки – неизвестно, но, видимо, местные знают в этом толк.

Жульен улыбается и нежно прижимает Анну Сергеевну. Она же просто счастлива. Город Янгон кажется ей достаточно шумным и суетливым, все много сигналят, разметки нет, пешеходных переходов тоже нет, тротуаров нет. Модные босоножки Анны Сергеевны D&G так и останутся невостребованными. Сарафаны и юбки все больше в пол, да поскромнее, чтобы не привлекать внимание местных, которые еще особо не привыкли к туристам.

Каждое утро Жульен будил Аню нежными поцелуями, и каждое утро она теряла голову и забывала о времени. Она познавала Азию через призму его губ и рук. Днем он работал, а вечером они прогуливались улочками вечернего Янгона, без тротуаров и разметки. Часто Жульен брал Анну Сергеевну на руки, чтобы перенести через слишком грубый участок дороги или перебраться на другую сторону улицы. Он нес Анну Сергеевну так нежно и бережно, как самое дорогое, что было у него в жизни. Центральная пагода Шведагон освещала их вечерние маршруты и вливала особенный свет в каждую прогулку. Они могли гулять допоздна, усталость не приходила, ведь была какая-то другая наполняющая энергия. А ночью Жульен внимательно закрывал окна в квартире, чтобы не влетели деньги. Деньги – это особенные комары больших размеров, после укуса которых на человека нападает лихорадка. Пережить это дело, конечно, можно, но очень сложно и болезненно.

Жульен заботился об Анне Сергеевне так трепетно и нежно. А ей нравилось качаться в гамаке по утрам и сушить волосы прямо на ветру. Жульен готовил кофе и приносил лимонные макарунс. А потом были поцелуи – такие нежные и страстные, проникающие прямо в душу и сердце Анны Сергеевны, от них кружилась голова и терялся рассудок.

Согласно буддизму, секс – это наивысшая степень общения между мужчиной и женщиной. И Анна Сергеевна с этим полностью соглашалась. Ощущения были неземными, и Анна Сергеевна просто улетала в другое измерение. Сначала по ее телу проходила легкая зыбь и едва ощутимая волна блаженства, дальше – поток энергии нарастал и нарастал, и по всему телу, от макушки до пяток, разливалась горячая волна, которая заполняла каждую клетку. Анна Сергеевна на мгновения переставала ощущать реальность, и ее душа взымала вверх, она могла кричать и биться в экстазе, сама того не осознавая. Яркое солнце загоралось на лазурном небе, а потом был медленный путь вниз. Анна Сергеевна чуть касалась земли и вновь взмывала вверх. И так до тех пор, пока она обессиленная не засыпала в объятиях Жульена.

Однажды их пригласил в гости один из рабочих Жульена, дом которого находился в предместье города. Добраться туда стоило и труда, и времени. Но счастливые часов не наблюдают. Прокатный мотоцикл и волосы Анны Сергеевны уже развеваются на ветру. Одной рукой она придерживает белую шляпу, а другой обнимает сильный торс Жульена.

Дороги, как таковой, нет, а байк не надежный, но Анне Сергеевне не страшно. Ведь рядом Он. На пути встречаются бедные лачуги, рисовые поля и кафешки непонятного вида. А в них есть кофе – такой же дешевый, со сгущенкой вместо обычного молока. Но нет более вкусного кофе, чем этот.

Белое платье Анны Сергеевны и длинные каштановые волосы развеваются на ветру, и она подставляет лицо под теплый поток ветра и теряет голову от счастья, а потом и шляпу. Шляпа катится по пустой дороге в обратном направлении. Встречные машины сигналят, и приходится остановиться. На пути Анна Сергеевна требует заходить в местные храмы, где все уставлено фигурками Будд и прочими божествами.

Наконец-то и точка назначения. Жульена и Аню встречает крестьянин, к которому они собственно и ехали в гости. Семья, как и все остальные здесь, живет очень бедно. Их дом – это что-то среднее между бунгалом и сараем. Дом размещен на ножках, так как весной все затапливает вода. Двора нет, а если и есть, то всего лишь метра два-три. Внутри все очень бедно, но чисто. Обязательно есть телевизор. Из мебели дешевые пластиковые стулья. Из угощений просто вода. На столе стоит совместная фотография семейной пары. Жульен просит разрешения рассмотреть ее поближе. На фото изображен крестьянин, а рядом приклеена вырезанная из другой фотографии его жена. Им так хотелось получить совместное семейное фото, что пришлось две фотографии. На прощание Аня получает в подарок сандаловую шкатулку в форме пагоды.

По дороге домой парочка заезжает на местный рынок, где покупает свежие овощи и фрукты. А потом снова они несутся разбитыми и неровными дорогами в сторону города.

Один из вечеров начался с аперитива в баре, расположенном на крыше жилого дома в центре Янгона. Ночной вид на город был потрясающим, и Анна Сергеевна сидела между двух Лун. И обе были настоящими. Одна была большая и красивая, полная и сияющая! Как раз у всех нас над головой. Вторая, тоже симпатичная, сидела рядом, ее звали Санди, в переводе с бирманского Луна. Она была замужем за другом Жульена.

Маленькая, тонкая, приятная молодая бирманская женщина. Ей было 35, но,  как все азиатки, она выглядела значительно моложе своего возраста. Ее романтическая история началась с частных уроков французского, которые в итоге закончились рождением прекрасной маленькой девочки. Санди знала, чего она хочет от жизни, и молодой французский учитель был ее дорогой к лучшему. Эта хрупкая и нежная женщина обладала твердым стержнем.

А потом было, как в сказке. Жульен загадочно помахал у Анны Сергеевны перед носом авиабилетами и сообщил, что их ждет незабываемое приключение. Ранний подъем и вот они уже в местном аэропорту. Красивая пара сразу бросалась в глаза и не только потому, что держалась все время за руки. Вокруг них была особая аура, которая не могла не действовать на окружающих зевак, которые пялились на Жульена и Анну Сергеевну. Она — такая хрупкая и трогательная, в длинной белой юбке, тонкой белой рубашке, не скрывающей красивую грудь и тонкую талию, с немного уставшими, но умиротворенными глазами. Он — высокий, красивый, с обветренной кожей и легкими морщинками у глаз, уверенный в себе мужчина.

Самолет был маленький и ненадежный, в полете хорошо слышался гул мотора и запах бензина. По словам Жульена, такие самолеты часто подали из-за технических неполадок и неопытности пилотов. Но Анну Сергеевну это не смущало. Впервые в жизни ей не было страшно, впервые в жизни она чувствовала себя так уверенно и так спокойно. Рука Жульена была такой теплой и такой родной, что понятия авиакатастрофа и смерть как-то даже не вписывались в эту идиллию.

А потом они прилетели в сказку. По-другому нельзя было назвать этот город. Баган – древний город, в далеком прошлом столица нескольких Бирманских королевств, расположенный недалеко от Мандалая. Каждый бирманец считает, что хотя бы раз в жизни он должен побывать в Багане. Еще при посадке Анна Сергеевна прилипла к окну и не верила своим глазам. Тысячи пагод и ступ у нее под ногами. Это было невероятно потрясающее зрелище!

В каждой сказке есть испытания, и, похоже, в этой сказке тоже не без них. Анне Сергеевне пришлось освоить самый настоящий скутер. Эта маленькая железная лошадка неоднократно показывала свой крутой нрав, но Анна Сергеевна мужественно с ней справлялась, несмотря на все ухабы и повороты. Случилось пару раз вылететь из седла и очнуться в колючих кустах растения, похожего на терновник. После одного из падений было очень больно, и Жульен долго целовал пострадавшее колено Анны Сергеевны, пока она таки не расплакалась, но не от боли, а блаженства.

Баган еще называют городом мертвых, так как ночью он совершенно безлюден, и только духи прогуливаются заброшенными пагодами. Большинство пагод, особенно больших, убраны, а внутри всегда живые цветы у статуй всемогущего Будды.

Согласно местной традиции, на входе в каждую пагоду принято снимать обувь и заходить во внутрь босиком. Поначалу это казалось как-то странно, а ногам было немного больно. В разных пагодах встречались разные образы Будды. Кто-то из них улыбался, кто-то смотрел строго и отстранённо, но везде чувствовался покой и умиротворенность.

Особым маркером Багана являются закаты. Закаты в Багане — это нереально красиво, волшебно, энергетически насыщено, пряно и пьяно, как дорогое бургундское вино. Это завораживающее и впечатляющее зрелище, которое навсегда останется с вами долгие годы спустя, и которое, разве что, можно оценить в сравнении с не менее фантастическим рассветом. Встречать закат Анна Сергеевна и Жульен всегда отправлялись на одну из пагод.

Солнце медленно, как бы нехотя опускалось все ниже и ниже, лениво скатываясь к горизонту и ярко обливая красным золотом близ лежащие холмы и пагоды. Они становились все краснее и краснее, переливаясь разными оттенками желтого, оранжевого и бордового.  Никакой художник не смешает столько красок, сколько в считаные секунды можно увидеть, созерцая закат в Багане. Анна Сергеевна еще с девства обожала закат, когда маленькой убегала за родительский дом, который находился недалеко от леса, и подставляла свои руки к уходящему Солнцу, прощаясь с ним до следующего дня. Тогда в детстве ей казалось, что оно отвечала ей взаимностью и на мгновение останавливалось, вливая в ее маленькие детские ладошки мощный поток энергии, которую она жадно впитывала. Мощность заката в Багане была в разы сильнее. Потрясающие краски света разливались, как дорогое вино, постепенно раскрываясь во вкусе и цвете и навсегда оставаясь в памяти.

Из Баганской сказки Анна Сергеевна и Жульен отправились в морскую. Их следующей целью был Нгапали – маленький затерянный рай на побережье Бенгальского залива недалеко от Тандве. Одним из основных видов пропитания здесь является рыбная ловля. Каждый день, ближе к вечеру на берегу собираются молодые мужчины и мужчины постарше. Некоторые приходят одни, некоторых провожают жены или сестры. Потом они уходят в море на всю ночь, а возвращаются утром с полным уловом.

Несколько дней в распоряжении Анны Сергеевны и Жульена ослепительные белые пляжи, прозрачная вода и потрясающие закаты. Крабы не пуганы и вечером устраивают забеги по песку, после чего утром кажется, что весь берег разрисован разными завитками и узорами. Вдоль берега можно идти далеко-далеко и не боятся, что пляж закончиться. Вода прозрачная.

Можно было просто лежать на пляже тюленьчиком, ни о чем не думая, или просто, намазавшись кокосовым маслом, переворачиваться, как рыбка на гриле. У Анны Сергеевны было свое любимое кафе, где она с настоящим кокосовым коктейлем предпочитала встречать закат, а потом брела по пляжу, рассекая теплые легкие волны. Рядом с отелем она находила на пляже теплого от заходящего Солнца Жульена, уже мирно спящего на лежаке.

Вечера в Нгапали просто потрясающе красивые. Ночью — небо чистое-чистое, звезды рассыпаны густо-густо. Мечта астронома. Анна Сергеевна и Жульен лежали на пляже и смотрели вверх, загадывая желание, если удавалось увидеть падающую звезду. Море плескалось прямо у их ног, над ухом шуршали крабики, и больше ничего не было нужно. Вот таким было их Нгапалинское счастье.

До отлета Анны Сергеевной оставалось все меньше и меньше времени. Прощание было трогательным и нежным. В последний вечер Жульен пригласил Анну Сергеевну в настоящий итальянский ресторан, где, помимо изысканной кухни, был еще и потрясающий интерьер. Играла тихая спокойная музыка, официанты бесшумно обслуживали их столик, пытаясь на претендовать на такое драгоценное время двух влюбленных. А им так много нужно было сказать друг другу.

Жульен признался, что впервые в жизни ему было так хорошо с женщиной, впервые в жизни за весь отпуск он не с кем не поругался, и впервые в жизни ему было абсолютно спокойно. В ответ Анна Сергеевна могла сказать только то же самое. После ужина они еще долго прогуливались вдоль городского озера, постоянно держась за руки и наслаждаясь последними минутами, проведенными вместе.

Между влюбленными, казалось, образовалась некая невидимая связь, которую ощущал каждый из них. Жульен проводил Анну Сергеевну до самого контроля и смотрел ей в след, пока она не скрылась. Его прощальный поцелуй еще долго горел у нее на губах, а в ее сердце разгорался нешуточный огонь страсти и любви.

Выйдя из аэропорта, Жульен почувствовал, что внутри его сердца что-то защемило. Он впервые испытывал такое чувство, и ему было одновременно приятно и неожиданно. Он тут же начал писать длинное послание Анне Сергеевне. И так каждый день на протяжении двух месяцев. С каждым посланием он становился нежнее и внимательнее, все время говорил о скорой встрече. А потом совершенно неожиданно Жульен изменился. Он стал сдержанным и скупым в общении, больше не было ни сердечек, ни смайликов. Анна Сергеевна пыталась спросить, что случилось, но Жульен уходил от ответа, отвечая все реже и реже…

Взгляд Анны Сергеевны все чаще и чаще задерживался в небе. Почти каждый раз, думая о Нем, она видела в небе растворяющийся самолет, то ближе, то дальше. А купола православных церквей как никогда ярко сверкали на солнце, напоминая ей пагоды Янгона.

Диалог был закончен еще месяцы назад, но каждое утром она просыпалась с мыслями о Жульене, пытаясь отогнать их в течении дня. Память имеет такое подлое качество, напоминать о прошедших событиях в самый неподходящий момент, когда уже кажется, что все прошло и все забыто. Но вот эти червячки воспоминаний начинают шевелиться внутри, а потом и вовсе обрушивается целый оползень очень четких картинок.

Анна Сергеевна пыталась забыть Жульена всеми силами. Она работала, путешествовала и даже завела себе постоянного любовника, но все это было смешно для небесных сил и законов вселенной. Сердце Анны Сергеевны навсегда осталось в городе золотых пагод. У высших сил свои законы и с ними не поспоришь.

Продолжение следует…

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>